В пещере Вальдегоба на севере Испании исследователи обнаружили сотни костей евразийских бобров и альпийских сурков. Они находились в тех же слоях осадочных пород, что и останки неандертальцев и каменные орудия возрастом около 130 тысяч лет.
Неандертальцы охотились не только на мамонтов, но и на бобров с сурками

Не все животные обязательно стали добычей древних людей: на некоторых костях сохранились следы зубов хищников, например волков, лис или гиен. Однако на части останков ученые заметили характерные порезы, которые указывают на обработку каменными инструментами. Следы на костях бобров могли появиться при снятии мяса и разделении скелета на части, а отметины на челюстях обоих животных похожи на следы снятия шкуры.
Необычная добыча, а не основа рациона
При этом исследователи не считают, что неандертальцы регулярно охотились именно на бобров и сурков. Следы разделки обнаружились лишь на небольшой части костей, а признаков устойчивой стратегии охоты на этих животных не нашли. Скорее всего, крупные грызуны лишь время от времени дополняли привычное меню.
Такая добыча занимала промежуточное положение между мелкими животными, например зайцами и черепахами, и небольшими копытными – косулями или сернами. Она давала больше мяса, чем совсем мелкая добыча, но требовала иных усилий и не обеспечивала столько пищи, сколько крупные животные.
Гибкость помогала выживать
Выбор добычи зависел не только от ее размеров. Охота на разных животных могла требовать разного количества времени и сил, а ее результативность менялась в зависимости от обстоятельств. Небольшая, но доступная добыча могла быть выгоднее рискованной погони за крупным зверем.
Исследование показывает, что неандертальцы умели использовать доступные ресурсы, не ограничиваясь несколькими привычными видами животных. Работа пока опубликована в виде препринта на сайте Researchsquare и еще не прошла рецензирование, поэтому ее выводы предстоит проверить другим специалистам.


