Квантовая механика, в отличие от классической физики, обычно не говорит, что произойдет в отдельном событии, а предсказывает лишь вероятности исходов. Монета падает «случайно» только потому, что мы не можем учесть все действующие на нее силы. Может быть, и квантовая случайность устроена так же? В теориях со скрытыми параметрами частицы несут ненаблюдаемые свойства, заранее определяющие результат каждого измерения. В 1932 году Джон фон Нейман опубликовал рассуждение, которое многие сочли доказательством невозможности таких параметров, и идею почти забросили.
Найденная рукопись Шредингера раскрывает его истинный взгляд на квантовую случайность

В 1943 году вопрос вновь поднял Эдмунд Уиттекер. Он рассмотрел свет, летящий к поляризатору – фильтру, от ориентации которого зависит, какая доля света пройдет. Если у каждой частицы есть скрытая инструкция «пройти» или «застрять», то поворот фильтра уже после вылета света не может ее изменить. Квантовая механика же предсказывает, что доля прошедших частиц изменится. В 1944 году похожий аргумент выдвинул Шатьендранат Бозе, и в журнале Nature развернулась дискуссия. Генрих Пельцер предложил модель, показавшую, что рассуждение Уиттекера не выдерживает критики.
Доказательство возможности
Шредингер тоже включился в спор. В трехстраничном рукописном ответе он построил свою модель со скрытыми параметрами. Уиттекер предполагал у частицы двоичную инструкцию, а у Шредингера каждая частица света наделена скрытым свойством с целым спектром значений. В новой работе, которая размещена на сервере arxiv.org физик Дель Санто проверил расчеты: модель Шредингера согласуется с квантовой механикой. Более того, в отличие от модели Пельцера, она работает и тогда, когда свет проходит через несколько фильтров подряд.
В печать заметка так и не попала. Судя по современному анализу, она написана после ноября 1944 года, и Шредингер, вероятно, отложил ее, узнав о работе Пельцера.
Главное – рукопись меняет привычный образ Шредингера-детерминиста. Его модель была лишь доказательством принципиальной возможности: ни эксперимент, ни логика не могут исключить ни одну из двух точек зрения. А еще в 1920-х, до появления квантовой механики, Шредингер подозревал, что законы природы могут быть статистическими в самой своей основе.


