«Калибр»: как разрабатывали игру о спецназе

На столах у разработчиков «Калибра» стоят большие, очень качественно выполненные фигурки солдат-спецназовцев в полном снаряжении. «Вот с этих солдатиков и началась разработка "Калибра", – креативный продюсер проекта Альберт Жильцов берет с полки бойца группы "Альфа". – Собрав целую коллекцию, мы увидели, сколько в ней мельчайших точных деталей. Захотелось оживить ее и подарить миру. Зачем отказываться от игры в солдатики? Мы предлагаем делать это удобно и увлекательно, и не в маленьком кругу друзей, а в масштабе всей планеты».

Альберт сразу же возражает против ярлыка «симулятор», хотя сам является выходцем из этой индустрии. «Калибр», по его словам, занимает место между двумя типами игр – симуляторами и шутерами. Симулятор – это формирование навыков, применимых в реальной жизни. Если вы много часов провели за штурвалом штурмовика из «Ил-2», то, оказавшись в кабине реального самолета, вы будете точно знать назначение и функции всех приборов и нюансы работы техники. Другое дело, что подняться в воздух вряд ли удастся: правильные двигательные навыки компьютерные игры не вырабатывают. По крайней мере пока. Шутеры, или стрелялки, по сути, симуляторы мыши, обучающие очень быстро и точно позиционировать курсор на плоскости. К реальной жизни они не имеют никакого отношения, кроме разве что возникновения туннельного синдрома. Создатели World of Tanks пошли дальше, добавив тактическую составляющую: мало совместить курсор мыши с целью, важно еще оказаться в нужное время в нужном месте. Это позволило вовлечь в игровой процесс почти всех людей, кто вообще когда-либо играл. По-моему, в стране невозможно найти ни одного мальчика или мужчины, ни разу не водившего танк в этой поистине народной игре. В «Калибре» разработчики пытаются пойти еще дальше, выводя на первый план взаимодействие между игроками. В команде из четырех оперативников у каждого своя роль, и от слаженности их действий зависит конечный результат. Безусловно, любимые навыки из шутеров никуда не денутся: как и в реальной жизни, для победы в бою надо тренироваться, доводя стрельбу до автоматизма. Однако не умение стрелять определяет победу.

Многие думают, что компьютерные игры – развлечение для детей. Wargaming доказал, что это не так: подавляющее количество «танкистов» вполне взрослые мужчины. Идея, которую вложили в создание «Калибра», – совместить удовольствие от общения друг с другом, достижения совместных целей, формирования круга друзей с маленькой информирующей функцией: каждый момент, проведенный в игре, будет давать небольшую порцию интересной информации.

Многие мальчишки (да и не только они) большую часть сведений о танках и самолетах почерпнули из качественных симуляторов. Справочники из World of Tanks или «Ил-2: штурмовик» превосходят некоторые военные энциклопедии. А качество моделирования в этих играх и вовсе запредельное. «Проработка наших моделей ничем не будет уступать, – говорит Альберт. – Тут главное слово – не стыдно. Несмотря на то что игра – условность, все те вещи, которые мы берем из реальной жизни: оружие, экипировка, некоторые аспекты взаимодействия бойцов между собой, – будут гиперреалистичны». И все же «Калибр» не станет энциклопедией из-за своей специфики: в мире не существует точного изображения спецназовцев. А чертежей самолетов, кораблей и танков сколько угодно.

Боец спецназа – это не просто военнослужащий регулярных сил. Он в каждый момент разный: набор экипировки и оружия подбирается под конкретные операции. Не бывает изображения «правильного» спецназовца. Мало того, «правильных» бойцов как бы и нет: имена, внешний вид, названия частей, их операции за редким исключением засекречены. Идеальный спецназ – это невидимки. И вот этих самых невидимок разработчикам «Калибра» нужно сделать точными до мельчайших деталей.

Тем не менее бойцы спецназа принимают участие в операциях и изредка попадают на фотографии. Именно эти кадры и служат основой для моделирования. В первой версии мы должны увидеть около 11 подразделений, в каждом по четыре бойца. Большинство команд – российские войска, но также будут американцы (куда без них), немцы, поляки и белорусы. Дизайнер, просматривая огромное количество изображений, формирует определенный собирательный образ, который станет основой скетча, фиксирующего ключевые элементы подразделения. Затем картинки отправляют на моделинг. Тут уже требуется безупречная точность к деталям: поиск прототипов, возможных чертежей, документации. Для создания правильной копии прибора ночного видения нужны, например, десятки его фотографий с разных ракурсов. А еще лучше – сам прибор, потому что самые лучшие копии получаются при 3D-сканировании. Но результат того стоит. Лучше, чем фотография! На экипировке видны каждый стежок, каждая ниточка. Итоговая 3D-модель содержит миллионы полигонов, и даже самая мощная видеокарта не сможет обрабатывать изображение в реальном времени. Поэтому идеальные модели, которые мы видели на экранах мониторов, проходят специальную довольно сложную процедуру упрощения, в которой полигонов уже десятки тысяч.

Моделирование вооружения – это отдельная история. Сделать по чертежам точную цифровую копию, кажется, тяжелее, чем изготовить полноценный экземпляр в металле. В среднем на стандартный автомат уходит около двух недель. Выглядит результат этой титанической работы идеально, вплоть до мельчайших царапин. Точного совпадения недостаточно – модель должна работать как в реальной жизни: нужно передать движение затвора, шторок выбрасывателей. Больше всего времени отнимают пулеметы, на них у дизайнеров уходит не менее трех недель. Там гораздо больше движущихся частей, патронные ленты, коробки, крышки. Есть даже аниматоры, которые пытаются корректно запрограммировать движения спецназовцев во время перезарядки оружия, стрельбы и прочие навыки бойцов. За их работой можно следить часами, она завораживает.

Большинство расстояний в «Калибре» укладывается в 100–200 м, поэтому при моделировании траекторий разработчики не стали вникать в высшую снайперскую математику, учитывающую такую экзотику, как силы Кориолиса. Но все паспортные данные оружия – скорострельность, калибр, масса пули, начальная скорость – учитываются. Вводится такой субъективный фактор, как удобство пользования, или комфортность, который сказывается на том, насколько боец способен точно поражать цель. Создатели «Калибра» пропадают в тирах, стреляя из доступного оружия, а о том, которое недоступно, расспрашивают военных. Запах пороха для ребят из «Калибра» – лучший из возможных ароматов.

Экипировка современного спецназовца напоминает кадры из фантастических боевиков. И если на моделях с ней все в порядке, то влияние на игровой процесс пока сложно оценить. Никакие современные средства не делают бойца неуязвимым, особенно к винтовочным патронам. К тому же энергия пули никуда не пропадает, она перераспределяется на большую площадь. После попадания пули серьезного калибра в грудь человек остается в живых, но он не будет боеспособен – удар по внутренним органам, переломы ребер, гематомы. Если в игре вы пропустили две пули в грудь – был на вашем персонаже бронежилет или нет, результат один: смерть или контузия. В «Калибре» есть боеприпасы с низкой пробивающей способностью, но высокой останавливающей: при попадании снаряд сбивает с ног. Есть и противоположного действия: боец теряет здоровье, но сохраняет мобильность.

Голливуд немало поспособствовал созданию «киношного» образа спецназовца как бойца определенных подразделений Delta, говорит Альберт. В реальной жизни местные подразделения сильно отличаются от этого образа, хотя и не менее эффективны в бою. Мало кто знает, например, про спецназ Аргентины и Бразилии, а он там суров, парни постоянно воюют. Про польский Grom ходят легенды. Никто не сомневается в боевых качествах немцев и белорусов, а тем более русских. «Каждая нация хочет гордиться своим героями, – уверен Жильцов. – И наша игра призвана этому поспособствовать».