Понятие туристского отдыха появилось вместе с понятием отпуска. В России постановление «Об отпусках» было подписано только 14 июля 1918 года. Декрет запрещал любую трудовую занятость «на стороне», так что советским гражданам пришлось придумывать, чем себя занять в освободившееся время. С этой задачей помог справиться Народный комиссариат просвещения. В начале 20-х годов в центральной России было создано несколько экскурсионных станций для школьников и экскурсионное бюро для взрослых. Именно во внутреннем туризме правительство видело главный способ «развития и воспитания масс».
«Туризм в борьбе с алкоголизмом»: как авантюристы путешествовали на заре СССР
Московское лето 1929 года. Парк культуры и отдыха заполнен людьми: в самом разгаре парад членов Общества пролетарского туризма (ОПТ). В первой колонне парада-карнавала походники-пешеходы, велосипедисты и альпинисты. Параллельно по Москве-реке плывёт лодка с поклонниками водных путешествий. Вслед за ними на автомобилях едут переодетые «буржуи», высмеивающие «ленивый» стиль западных путешествий. А замыкают шествие участники в костюмах разных народностей СССР и «туристы», приехавшие познакомиться с Москвой. Всё проходит под задорными лозунгами «Турист, крепи оборону Советского Союза» и «Туризм в борьбе с алкоголизмом и религией».
В конце 20-х годов XX века парады превратились в отдельный вид искусства, а туризм оказался во власти идеологии и политики. Разбираемся, как отечественные путешественники дошли до такой жизни.
Свистопляска с туристскими обществами
«Экскурсии могут носить самый разнообразный характер: естественноисторический, исторический, эстетический, археологический — могут иметь целью изучение экономической, общественно-политической жизни и т. д. Насколько разнообразны явления, настолько же могут быть разнообразны и экскурсии, имеющие целью изучение этих явлений», — писала Надежда Крупская.
Подход был серьёзным, и варианты досуга советских граждан обсуждали на научных конференциях и заседаниях Центрального музейно-экскурсионного института (создан в 1921 году). И институт, и разнообразные школьные станции просуществовали всего несколько лет и исчезли отчасти по политическим причинам, отчасти из-за нехватки денег. Не смог закрепиться в системе и Институт методов внешкольной работы (ИМВР), сотрудники которого разработали первый советский маршрут многодневного путешествия (Москва — Бахчисарай — Коккоз (Соколиное) — Ай-Петри — Кореиз — Ялта — Алушта — Севастополь — Москва). Самоокупаемость организации, живущей за счёт взносов школьников, студентов и рабочей молодёжи, оказалась нулевой. А условия в местах, где останавливались путешественники, были настолько скромными, что более обеспеченные люди ехать туда не решались.
«С современным сервисом та наша база не имела ничего общего... — вспоминает заведующая базой в Алуште М. В. Паладиева. — Кроватей, подушек не было. Матрацы — сенные, а постельное бельё, одеяла, полотенца привозили экскурсанты сами. Было в чём варить... но не было из чего есть».
Благоустроенные турбазы, в первую очередь крымские, за отдельную плату начали обслуживать так называемый «самотёк» — людей, путешествующих самостоятельно. А поскольку греться на солнышке семь дней в неделю скучно и неполезно, граждане путешествующие охотно соглашались на частные экскурсии. Крым захлестнула толпа непрофессиональных гидов, толком не знающих регион. Разумеется, воплотить программу полной политизации и идеологизации туризма в таких условиях было невозможно. И государство придумывало всевозможные общества и устанавливало правила, запрещавшие частные экскурсии.
В 1928 году был взят курс на самоокупаемость туризма. Появилось акционерное общество «Советский турист» (Совтур), но и оно не устроило партийное руководство. Созданное в эпоху НЭПа общество предлагало дорогой отдых только для состоятельных держателей акций и никак не хотело связываться с рабочей молодёжью.
Продолжение ниже
Видео
Продолжение
Правильным аналогом Совтура должно было стать возродившееся после революции Российское общество туризма (РОТ). Изначально оно было весьма малочисленным, но буквально за год существования обросло отделениями по всей стране. В рамках общества проводились конкурсы на лучшую ячейку и массовую агитацию, соревнования по общественно-политической работе, самообразованию и научному исследованию, словом, всё то, что помогло бы стать «выше, быстрее, сильнее» огромной машине Страны Советов.
Главная идея таких обществ, ячеек и институтов — показать, что «пролетарский туризм не есть безыдейная прогулка». С этой целью 8 марта 1930 года ОПТ и Совтур были объединены во Всесоюзное добровольное общество пролетарского туризма и экскурсий (ОПТЭ). Общество фактически монополизировало туризм, завладев множеством баз, приютов и хижин для ночёвок, фабриками по производству снаряжения и профильными магазинами, пунктами проката и фотоателье.
Турист и доярка
География советских путешественников стремительно расширялась с развитием транспорта. Однако в СССР существовали и, мягко говоря, необычные маршруты. Так, под лозунгом «Обмен производственным опытом — задача каждой ячейки ОПТЭ, каждой группы туристов, каждого путешествия, каждой экскурсии» несчастных отпускников призывали на заводы и в колхозы. При этом посещения хозяйств, например, не всегда ограничивались лёгкой прогулкой по полям и коровникам. Починить инвентарь, помочь в уборке урожая, провести партийное собрание — советские отпускники были мастерами на все руки.
«Пролетарские туристы. В дни своего отдыха организуйте вылазки в деревню. Распределяйте литературу, устраивайте митинги, выступайте на сходках, проводите беседы в избах-читальнях и чайных, выпускайте стенгазеты, давайте справки крестьянам, проверьте по заданиям земельных органов и РКИ ход подготовки к весеннему севу, активно участвуйте в весеннем севе», — гласил призыв Центрального совета туристического общества.
В 30-х некоторые группы путешественников фактически превратились в передвижные агитационные бригады. Они делали политические и антирелигиозные доклады, формировали новые турячейки и отмечали в рапортах неблагонадёжных колхозников. Отчёты о таких поездках бережно собирали сотрудники ОГПУ, так что туристы выполняли ещё и роль бесплатных осведомителей.
Похожая ситуация была и на заводах. ОПТЭ разработало 78 индустриальных маршрутов. Тут туризм отличался от рабочей командировки лишь тем, что знакомиться с производством других предприятий приходилось во время законного отпуска. Впрочем, руководство Центрального совета Общества это не смущало. Оно ратовало за темпы социалистической стройки, которые станут «ещё сильней, еще крепче, а многие трудности и искривления будут преодолеваться ещё с большим успехом».
В отпуск за полезными ископаемыми
К счастью, не все велись на призывы потратить заслуженные дни отдыха на агитацию неразумных «деклассированных элементов». Сохранился дневник одного из участников похода на Эльбрус 1930 года. Среди прочего молодой инженер писал:
«Моё упорство и надежда на благополучный исход моего предприятия начали заметно покидать меня, тем паче, что срок отпуска моего кончался. Но я особенно не следил за сроком. Ведь администрация у меня украла ровно 20 летних дней отпуска. А почему и мне не украсть? Как в поговорке: "Вор у вора дубинку украл!"».
Но и туристов-экстремалов государство находило чем занять. Под лозунгом «Пролетарский турист — массовый исследователь производительных сил страны» ОПТЭ организовывало походы в плохо изученные уголки СССР. А чтобы путешественники не искали «то, не знаю что», члены Академии наук и других институтов разработали методички и разнообразные памятки. Среди них были брошюры «Как искать месторождения слюд», «Как собирать горные породы·и минералы», листовки «За полезными минералами», «На поиски цветных металлов» и многое другое.
Надо сказать, это дало свои плоды. Так, поклонники Урала и его красот обнаружили месторождения каменного угля, хрусталя и железной руды. Сахалинская нефть, лапландские аппатиты, кара-кумская сера — тоже заслуга туристов.
С ледорубом на защиту страны
Помимо исследований и пропаганды, советский турист был в ответе и за оборону страны. В 1927 году, когда установившаяся было англо-советская дружба переросла в торговый и дипломатический конфликт, правительство СССР твёрдо решило обезопасить себя от западной угрозы. Для этого было создано легендарное ОСОАВИАХИМ («Общество содействия обороне, авиационному и химическому строительству») и организована переподготовка советских туристов.
«Пролетарское туристическое движение в Советском Союзе по самой своей сути, по своему содержанию, неразрывно связано с задачами и интересами обороны Советской страны, неотделимо от этих задач. Далеко не случайно на знамёнах пролетарского туризма начертаны лозунги "Через пролетарский туризм крепи оборону СССР", "Кто не растерялся в снежных горах, тот не струсит и в бою"», — гласила брошюра 1930 года.
Для красноармейцев организовывались специальные походы, отдельные от учений, была разработана система скидок на транспорт и снижена ставка членских взносов в ОПТЭ. Гражданским путешественникам приходилось изучать пограничные районы и общаться с местными жителями (читай — заниматься внутренним шпионажем). Для этих целей создавались особые маршруты, например «Дороги Гражданской войны», и специальные военизированные базы, на которых отпускников учили обращаться с оружием и тренировали выносливость. Но главное, что сделали разработчики этого направления для туристов прошлого и настоящего, — поставили во главу угла здоровье путешественников. Будущие солдаты должны быть здоровыми, решила партия, и в Советском Союзе начались исследования того, как большие нагрузки влияют на организм, чем можно помочь альпинистам на высокогорье и как преодолеть перемены климата. Теперь можно было идеологизировать и оправдать даже ленивый отдых на море, просто обозвав турбазы «оздоровительными стройками».
Итак, туристы-походники были весьма полезным приобретением для молодого СССР. Пропаганда велась успешно, и во многих районах страны путешественники действительно выполняли множество задач, о которых сегодня и подумать сложно. После войны популярность туризма пошла на спад и возродилась только в середине 60-х.
Загружаем