Можно ли водить машину с Альцгеймером: ответы на 5 главных вопросов

Болезнь Альцгеймера разрушает именно те навыки, которые в первую очередь нужны при вождении: концентрацию, скорость реакции, способность ориентироваться и быстро принимать решения, объясняет Анна Шелобанова, геронтолог сети «Теплые беседы».

Уже на ранней стадии, когда симптомы едва проявились, вождение становится опасным, говорит она: «Водитель может внезапно растеряться на дороге, перепутать педали или неверно оценить обстановку».

При этой болезни, человек теряет способность предвидеть чужие действия, читать сложную дорожную обстановку, быстро переключаться между знаками, пешеходами и приборами, добавляет Эдуард Холодов, психиатр и главный врач клиники «Аксона».

Если человек десятилетиями ездил по маршруту «дом-работа», сможет ли он и дальше ездить «на автопилоте»? Нет, потому что даже на знакомой дороге может случиться нештатная ситуация, говорит Холодов: «Ребенок выбежит за мячом, впереди случится авария, и его мозг не сможет адекватно отреагировать — он застрянет в шаблоне».

В таких странах, как США, Канада и Германия, врачи обязаны сообщать в дорожные службы о диагнозе деменции, и это влечет за собой обязательную переоценку прав. В России такой нормы пока нет, поэтому врачебное «нельзя» — это, по сути, рекомендация. Далее ответственность ложится на семью, говорит Галина Чудинская, невролог клиники академика Ройтберга.

«На ранней стадии, при легкой когнитивной дисфункции или начальной деменции — некоторые пациенты еще способны управлять транспортным средством, — говорит она. — Однако только при подтвержденной сохранности ключевых когнитивных функций: внимания, исполнительных функций, пространственной ориентации, скорости реакции и способности к принятию решений в условиях неопределенности».

Даже тогда вводятся ограничения на поездки: короткие маршруты, дневное время, без сложных перекрестков.

Даже на этом этапе нужна регулярная оценка — как минимум раз в 6 месяцев — с участием невролога, психиатра и, по возможности, специалиста по нейропсихологическому тестированию, рекомендует она. «При малейших признаках нарушения ориентации или замешательства за рулем вождение следует прекратить немедленно».

Уже при умеренной стадии болезни Альцгеймера вождение становится недопустимым, предупреждает она: «Пациенты начинают путать сигналы светофора, забывают правила, не могут спланировать маршрут, теряются даже в знакомых местах. Риск ДТП возрастает многократно, и опасности подвергается не только сам водитель, но и пассажиры, пешеходы и другие участники дорожного движения».

«Даже если сегодня человек еще справляется, завтра его состояние может резко ухудшиться», — говорит она.

Для большинства людей этот момент трагичен. «Автомобиль — последний бастион взрослой независимости. Отдать ключи значит признать инвалидность», — говорит Эдуард Холодов.

Психиатр рекомендует родным больного забрать ключи от машины раньше, чем тот совершит «поездку в никуда», забыв по пути дорогу домой.

Водители часто сопротивляются этому. Даже здоровому человеку признать себя недееспособным очень трудно, а при болезни Альцгеймера способность трезво рассуждать еще ухудшается, говорит Галина Чудинская.

Врачи рекомендуют родственникам переложить ответственность за решение на медицину. «Хорошим аргументом будут результаты тестирования, где нарушения прописаны черным по белому, — говорит Холодов. — Скажите: "Я понимаю, как это для тебя важно. Но врач сказал, что твои реакции сейчас могут быть замедлены из-за твоего состояния или лекарств. Мы не можем рисковать твоей жизнью и жизнью других. Давай я буду твоим личным водителем"».

Можно использовать обходные формулировки: «машина сломалась», «страховка закончилась», предложить услуги такси или сопровождение, советует Чудинская: «Главное — безопасность».