Персонажи с абсолютной памятью появляются в «Форс-мажорах», «Шерлоке», «Девушке с татуировкой дракона». В медицинском сериале «Питт» студентка наизусть воспроизводит все данные пациентов после сбоя системы. Эти образы формируют у зрителей стойкое убеждение: некоторые люди помнят все и точно — как камера высокого разрешения. На самом деле такой способности не существует. Ни одного научно подтвержденного случая фотографической памяти зафиксировано не было.
Нейробиолог утверждает, что «фотографической памяти» не существует
Профессор психологии Колледжа Чарлстона Габриэль Принсип рассказала об одном из самых устойчивых мифов — о фотографической памяти. Вопреки голливудским сюжетам, человеческая память не «фотографирует» реальность, а реконструирует ее, и каждый раз по-новому.
Ваша память — это не камера. Getty Images
Эйдетическая память — способность удерживать зрительный образ несколько секунд или минут после исчезновения объекта. Такая способность встречается примерно у 2–10% детей дошкольного и младшего школьного возраста и почти полностью исчезает к юности. Даже во время самого четкого воспоминания образы в памяти содержат ошибки и искажения.
Память не просматривает массив статичных, сохраненных воспоминаний.
Человеческая память работает иначе: воспоминание всякий раз собирается заново из фрагментов, доступных в момент воспроизведения. На этот процесс влияют текущее настроение, установки, цели и контекст. Именно поэтому одно и то же событие вспоминается немного по-разному в разные дни. Память не архив — она всегда неполна и неточна.
Чемпионы памяти и эйдетика
Чемпионы по запоминанию действительно способны удерживать в памяти тысячи случайных цифр или слов. Таким был человек с выдающейся памятью Соломон Шерешевский. Но феномен таких людей чаще всего — результат специальных техник и тысяч часов тренировок, а не иного устройства мозга.
Ближе всего к мифу об абсолютной памяти стоят эйдетические образы: некоторые дети могут короткое время «видеть» картинку после ее исчезновения. Но этот эффект редок, он исчезает к подростковому возрасту и даже в детстве сопровождается искажениями — совсем не то, чего ждешь от «фотографии».
Забывание — не сбой, а функция. Оно отсеивает детали и сохраняет суть, позволяя применять прошлый опыт в новых ситуациях. Оно смягчает негативные переживания и помогает поддерживать стабильный образ себя.
Даже самые обыденные моменты — особенно трудные для запоминания — могут быть запечатлены в памяти редких людей с исключительно развитой автобиографической памятью.
Но люди, которые помнят намного больше обычного человека, все-таки существуют. Такое отклонение называется гипертимезией. Это — почти полная память на автобиографические события. Они помнят события не фотографически, но очень подробно. Но те, кто обладает таким качеством, нередко описывают его как бремя: прошлое не отпускает, и хуже того — нагромождение деталей мешает работе обобщения.
Мозг — не фотопленка, а рассказчик, который редактирует и переосмысляет прошлое. И в этом — его подлинная сила.