Истории о детях, которые будто бы помнят чужую жизнь, давно привлекают внимание исследователей. Некоторые рассказывают о незнакомых людях, обстоятельствах их смерти и других подробностях, которые, как утверждается, совпадают с биографиями умерших. Новое исследование, опубликованное в журнале Psychology of Consciousness: Theory, Research and Practice, проверило, есть ли закономерности в подобных сообщениях.
Ученые проверили истории о прошлых жизнях и обнаружили небольшую закономерность

От 326 историй к более чем двум тысячам
В 1988 году психолог Н. К. Чадха и психиатр Иэн Стивенсон изучили 326 случаев, которые сочли потенциальными свидетельствами реинкарнации. Они заметили, что после насильственной смерти предполагаемого предшественника до заявленного перерождения проходило меньше времени, чем после естественной смерти. Дети из первой группы также начинали рассказывать о прошлой жизни в более раннем возрасте.
Однако исследование было небольшим, а его результаты не позволяли делать уверенные выводы. Связь достигла статистической значимости только в Индии и при рассмотрении всей выборки, но не во всех изученных культурах.
Теперь специалисты из Университета Вирджинии вернулись к этой гипотезе. Они проанализировали базу из 2254 случаев. В 74% из них исследователи сочли, что рассказы о прошлой жизни содержат детали, совпадающие с биографией конкретного умершего человека.
Связь есть, но она невелика
Медианный промежуток между смертью предполагаемого предшественника и заявленным перерождением составил 16 месяцев. При неожиданной смерти этот срок, согласно результатам, сокращался примерно на 40%.
Тем не менее эффект оказался небольшим: он объяснял лишь около 2–3% различий в продолжительности промежутка между смертью и предполагаемым новым рождением. Исследователи также проверили, могли ли на результаты повлиять некоторые социальные и психологические факторы, но обнаруженная связь сохранилась.
Доказывает ли это реинкарнацию?
Нет. Авторы подчеркивают, что изучали сообщения о предполагаемых воспоминаниях, а не подтвержденные случаи перерождения. Исключить передачу информации между семьями и знакомыми крайне сложно. Кроме того, сведения о насильственных смертях могут распространяться шире, а совпадения между рассказом ребенка и биографией умершего иногда можно обнаружить уже после того, как история стала известна.
Поэтому результаты не позволяют утверждать, что жизнь после смерти существует. Они лишь указывают на закономерность, которую еще предстоит объяснить. Возможно, дальнейшие исследования помогут лучше понять, как возникают подобные рассказы, какую роль в них играют память и культурная среда и почему некоторые истории кажутся настолько убедительными.


