Фильм снят по роману Дэниела Крауса 2023 года. Его герой Джей Гардинер ныряет с аквалангом у побережья Калифорнии, сталкивается с гигантским кальмаром и вместе с ним попадает в пасть кашалота. Герой пробирается по многокамерному желудку кита в поисках выхода. Название отсылает к термину «падение кита»: так биологи называют останки кита на дне, которые кормят целые сообщества.
Может ли человек выжить, если его проглотит кит

Илиас Фосколос сразу заметил нестыковки. Кашалоты — океанические хищники, у берегов они бывают редко и на мелководье не охотятся. К тому же добыча у них, как правило небольшого размера: судя по содержимому желудков, это в основном кальмары длиной 30–40 сантиметров. Крупных кальмаров кашалоты ловят нечасто, и ничего размером с человека в их рационе нет.
Джой Райденберг анализирует анатомию кита. Пасть у кашалота для удержания крупной добычи мало приспособлена, зато глоточный проход широкий, и очень крупный кит физически мог бы проглотить человека. Другое дело — поведение. Биолог отмечает, что если вместе с мармеладкой в рот попадет камешек, вы, скорее всего, выплюнете все. «Вероятность, что кашалот проглотит человека, примерно такая же, как то, что вы проглотите камень», — говорит Райденберг.
Акваланг как защита
Но как говорит биолог, выжить внутри кита, как раз можно. Первая камера желудка механическая: мышцы перетирают добычу на куски. Но они рассчитаны на бескостных кальмаров, а скелет человека достаточно жесткий. Баллон акваланга почти несжимаем, так что сдавить всю грудную клетку, как удав, и остановить сердце первая камера желудка не сможет. Во второй камере действует кислота, но гидрокостюм ее не пропустит, обожжены будут лишь открытые участки тела.
Сложнее со светом. В фильме жидкость в желудке светится, а герой ищет выход, подсвечивая себе путь медузой. Внутри кита полная темнота, светить могли бы разве что проглоченные кальмары и другие биолюминесцентные обитатели глубин, но мертвый кальмар светится недолго. А медуз, добавляет Фосколос, кашалоты почти не едят. «Помните: это фантазия, это кино», – напоминает Райденберг.


