Главный ликвидатор последствий аварии в Чернобыле: за что в СССР невзлюбили Валерия Легасова

Валерий Алексеевич Легасов родился 1 сентября 1936 года в Туле. Когда мальчику исполнилось 8, вся семья переехала в Курск — там его отец, партийный работник, получил работу. А еще через 5 лет Легасовы перебрались в Москву, где мальчик окончил школу с золотой медалью. С юности в нем зародилась любовь к науке: он увлекался химией, много читал и рано определился с будущей профессией.

После школы юный ученый поступил в МХТИ им. Д. И. Менделеева на физико-химический факультет, затем полтора года работал на Сибирском химическом заводе, помогая разрабатывать плутоний для ядерного оружия, в 1967 году окончил аспирантуру при Институте атомной энергии им. И. Курчатова, а затем защитил и кандидатскую, и докторскую диссертации.

Легасов быстро завоевал репутацию в области неорганической химии, в 45 лет он был избран действующим членом АН СССР — одним из самых молодых на тот момент. Неплохо складывалась и его личная жизнь: Валерий был женат, у него было две дочери, но 26 апреля 1986 года разделило его жизнь на до и после.

Взрыв прогремел в ночь на 26 апреля 1986 года. Рано утром того же дня была создана специальная правительственная комиссия под председательством Бориса Щербины, заместителя председателя Совета министров СССР, для выяснения размеров аварии и ликвидации ее последствий. В комиссию вошел и Валерий Легасов, как научный руководитель проекта реактора РБМК и исследователь Института атомной энергии им. И. В. Курчатова. В 20:00 26 апреля он уже прибыл в Припять.

Ученый сразу приступил к активной работе. В тот день он вообще не спал: в Чернобыле царил хаос. Люди хотели действовать, но никто не давал им четких указаний. Эту ответственность на себя взял Легасов.

Сначала он настоял на немедленной эвакуации жителей Припяти — практически 50 000 человек. По утверждению других ученых, все прошло довольно быстро и гладко, однако никто не сообщил людям, что покинуть свои дома им придется, скорее всего, навсегда. Говорилось всего о трех днях, поэтому многие оставили свои вещи и уехали буквально с пустыми руками.

Затем Легасову предстояло проявить изобретательность, чтобы решить, как потушить огонь в реакторе. Габариты энергоблока и высокий уровень радиации не позволяли просто залить огонь водой или пеной, тогда физик придумал сбросить с вертолета на тлеющие руины Чернобыля смесь бора, свинца и доломитовой глины. Николай Антошкин, военный летчик, участвовавший в ликвидации аварии, рассказывал, что Легасов мог по 5-6 раз в день летать на реактором, чтобы лично контролировать обстановку.

Вдобавок ко всему, Валерий Алексеевич настаивал на создании информационной группы, которая должна была делиться с обществом достоверными сведениями о Чернобыле, но она так и не была создана.

Легасов не мог утаивать от общества информацию о Чернобыле. В августе 1986 года он выступил перед Международным агентством по атомной энергии (МАГАТЭ) в Вене: 500 экспертов из 62 стран Легасов в течение пяти часов слушали, что произошло 26 апреля на ЧАЭС. Академик не скрывал ничего, называл виноватых, делился реальными фактами, рассказывал о масштабах последствий.

Международных экспертов из МАГАТЭ впечатлили знания и открытость Легасова. Впоследствии он был назван «Человеком года» в Европе и вошел в десятку лучших ученых мира. Но соотечественников выступление физика не впечатлило. Некоторые считали, что он поделился со всем миром слишком секретной информацией, а в Министерстве среднего машиностроения даже призывали привлечь Легасова к ответственности за разглашение слишком большого объема информации.

Несмотря на неизмеримый вклад в ликвидацию последствий аварии на Чернобыльской АЭС, заслуги Легасова советской властью не были оценены по достоинству. Его рассматривали в качестве кандидата на звание Героя Социалистического Труда, однако награду так и не присвоили. Его хотели включить в состав научно-технического совета Курчатовского института атомной энергии, но так и не включили, несмотря на то, что за него проголосовали 129 человек, против — 100.

Помимо репутации в советском научном сообществе подрывалось и здоровье Легасова.

Легасов провел слишком много времени в Припяти и в непосредственно близости с реактором. Уже 5 мая 1986 года у него появился «ядерный загар» (потемнение кожи, приобретение коричневато-бурого оттенка) и признаки облысения, а к 15 мая — бессонница, сильный сухой кашель, расстройство желудка и другие симптомы.

В июне 1987 года, после того как стало известно, что Героя Социалистического Труда Легасову не присвоят, он совершил попытку самоубийства. Тогда его спасли коллеги по институту. Вторая попытка была предпринята через два месяца, когда академик находился на лечении, — врачи сохранили ему жизнь.

Несмотря на тяжелое физическое состояние (у него также диагностировали лучевую болезнь 4 степени, признаки поражения костного мозга и радиационный панкреатит), Легасов продолжал заниматься научной деятельностью. 25 апреля 1988 года на заседании Академии наук СССР он представил план создания совета по борьбе с застоем в советской науке. Проект академика был отклонен. Спустя два дня его нашли мертвым в его квартире в Москве.

Валерий Легасов не оставил предсмертной записки.